yu_le: (Default)
С прозаиками сейчас происходит то, что уже произошло с поэтами. Им перестают платить. Поэтам такое состояние исторически привычнее, они руководствуются образами Гомера, Чаттертона и прочее. Как-то понятнее, что стихотворение, мало того что может отнять часы и опустошить, осушить как самум, - шестнадцать коротких неровных строчек - что это такое в масштабах ЖЖ, интернета и годовых тиражей Донцовой с кулинарными книгами? Ну ничто. Поэты уже и не претендуют, уже и не рыпаются, тихо сидят.
С музыкальными группами примерно то же самое, с оговорками - правда, тем не на что опереться, поэтому у них разброд - кто помнит про Вийона, кто пробует апеллировать к Пушкину (как Калугин недавно).
Но общая тенденция клонится к тому, что творцам перестают платить привычными способами вообще. Разве что случайно может совпасть настоящий творец и денежный ручеёк, именно случайно, без всякой закономерности, на которую можно надеяться. И надо им привыкать к этой мысли.
yu_le: (Default)
А у этого человека читателей даже на сотню меньше, чем у меня. А мне понравилось.

Случилось сразу два неудобства: вконтакте вместо того, чтобы ввести тэги для заметок, как я подспудно ждала и пыталась Дурову ментально издали внушить (а написать в техподдержку рацпредложение - нет уж, мы лёгких путей не ищем)... короче, они взяли да и убрали вообще формат заметок с тонкими настройками приватности. А у меня там заметок уже штук пятьдесят, и теперь до них даже добираться надо кривыми глухими окольными. А я уже привыкла писать в том формате. Видимо, опять придётся перебираться в ЖЖ. И ментально внушать супу, чтобы ввёл тончайшие штучные настройки для друзей друзей друзей... короче, для друзей в периоде, как было раньше вконтакте.

А второе горе - после того, как у меня разбили телефон с Виндой мобайл и неёмкостным экраном, куплен был мне телефон на Андроиде. А это такая деградация, что просто туши свет. Андроид и ёмкостный экран. Эта связка вообще не приспособлена для ввода больших и сложных текстов! Она категорически неудобна для правки текстов! Она для ницшевских последних человеков, для моргающих, для тех, кто воспринимает, а не создаёт! Там невозможно написать ни стихи, ни сколько-нибудь оригинальный текст с нетривиальным лексиконом. Вешалки. Амба. На Винде мобайл это было более чем возможно, я на ней вела черновиковые записи аж с 2007 года! А теперь - не пойми что. Переубеждайте. Хотя всё равно не переубедите.

И вот перед лицом этих перелицовок я подвисаю в мрачном непонимании: как теперь жить и на что переучиваться.
yu_le: (Default)
Лукьяненке написали в комменты новый закон Хаммурапи, а он его вынес в отдельную запись:
"Если писатель напишет роман, а тот не удовлетворит купившего его, то пусть купивший его напишет роман, а писатель будет обязан прочесть".
Что именно у писателя отключилось: инстинкты самосохранения или воображение? Он что, не понимает, сколько найдётся желающих заплатить такой штраф?
yu_le: (Default)
Прикоснулась к великому и ужасному айпаду: в "Белом ветре" целая очередь из желающих замутить его глянцевый экран отпечатками своих пальцев. Штучка завлекательная, бестолковая, затратная, ограниченная, однако шустрая и красивая - не отнимешь. И серьёзные книжные форматы пока умеет нормально читать только она. Вздохнув, пообещала менеджеру накопить на штучку денег. Копить буду долго, растягивая удовольствие, авось к тому времени выйдет виндовый планшет.
yu_le: (Default)
Несколько ссылок на животрепещущую тему:

Этот автор объявил, что если читатели хотят видеть продолжение его серии, им следует насобирать денег. Читатели - что ж, насобирали запрошенные 30 тысяч, представляете? Ещё столько же - и текст будет распространяться по свободной лицензии. Под это собрано пока 50%.

Отношения между издательствами и молодыми авторами. Представитель совсем другого издательства присутствует и хамит на автопилоте. Впрочем, его и без того уже все запомнили, это же автор прославленной "Памятки молодым авторам".

Издательства требуют от начинающих авторов ввести случайный секс, каннибализм и перенести действие книги в другую эпоху.

В издательствах сидят очень милые, интеллигентные, заинтересованные люди. Которые из сданной мною (как доиздательским редактором) научной книжки выкинули ключевой указатель, после чего с книжкой стало невозможно работать. Без согласования выкинули. Плюс издали её тиражом 200 (не тысяч), после чего автору затруднительно работать дальше - эту книжку надо дарить тем, с кем автор сотрудничает, а книжки не стало мгновенно. Плюс редактор добавил уведомление о том, что книжка (нашпигованная датами и фактами) - в авторской редакции. То есть что издательство ничего не хочет проверять и ни за что не отвечает. После этого книжка в мягкой обложке на Озоне стОит 390 руб.

Это я к чему: дохнут издательства, дОхнут, и туда им и дорога. Они иногда ещё полезны, но всё больше вредны.

Кстати же: когда-то я тоже была мокрецом, была, да вся вышла и перестала. Я могу не читать книг. Могу даже их не перечитывать. Они тогда начинают генериться у меня внутри. Нет, я не говорю, что внутри получается что-то равное классике или достойной современности; я говорю только, что я способна сама себя занять в тишине и одиночестве. Внутри у меня достаточно содержания, а вовне - в облаках и муравьиных тропках - его ещё в тысячу разу больше, не на одну меня хватит.
yu_le: (орёл-летел-всё-выше-и-вперёд)
В пятый уже раз пытаюсь утащить книжку с файлообменника. "Хотите медленно и печально или быстро и за денежку? — Хочу медленно и печально. — Расшифруйте письмена майя капчу. — Подавись своей капчей. — Ждите 60 секунд". Тут я, не желая тратить зря ни минуты, переключаюсь на работу... и где-то через полчаса спохватываюсь, а чего это у меня закладка лишняя открыта. "Ссылка просрочена, — злорадствует файлообменник, — попробуйте ещё раз". Ну и...
yu_le: (Default)
iPad без нормальной оси и с ненормальной ценой побудил пойти и посмотреть тенденции рынка. Всё в порядке с тенденциями, я их даже до конца не доизучала: орава 9-10-дюймовых читалок на подходе, и хоть одна да будет с приличной скоростью листать pdf+djvu. А мне только этого и не хватает. Сохраняем спокойствие, не ведёмся ни на какие завауваувывания, ждём у моря погоды, до последнего не слезая с нетбука.

yu_le: (Default)
Невидимая лапа книжного рынка, многосуставчатая, когтистая и двупалая. Очень хочется думать, что сии причудливые движения "бумажных" издательств - предсмертные конвульсии. Туда им и дорога, с такой-то политикой.
yu_le: (Default)
Великолепный в наглядности и чистоте своей пример кристаллизации читательского сообщества для помощи сетевому автору.
yu_le: (Default)
За последние полгода легкомысленного наладонного чтения набралось у меня много случайных цитат. И захотелось мне их выложить, не возясь с подписями. Разумеется, всё это легко нагугливается, в крайнем случае об авторе можно спросить меня, никакой таинственности и никаких, тьфу, викторин. Чтобы окончательно прибить интригу, сразу говорю, что половина выписана из Пратчетта.
Обрывки минувшей ночи предательски устремились всей толпой исполнять свою любимую чечетку на сцене Большого Театра Неловких Воспоминаний )
yu_le: (Default)
С полемическими преувеличениями, упрощениями и передёргиваниями, а как же иначе
За что все так ругают вполне невинных МТА?
(*Для тех, кто не в курсе, - всю прошлую неделю по ЖЖ летали банановые шкурки и гнилые помидоры в адрес МТА, т.е. т.н. "молодых талантливых авторов", и обратным курсом в адрес "мэтров" и "критиков".)

Во-первых, это бесполезно. Ругань не превратит их в гениев (раз уж оказались бессильны все мастер-классы, конвенты, редакторы и старшие товарищи), и ругань не сотрёт их с лица земли.

Во-вторых, убийца не дворецкий.

Поругайте-ка вы лучше дойную корову, разглядите-ка вы в ней козла отпущения.
Поругайте животное, одинаково священное для авторов, читателей, критиков и остальных причастных к литпроцессу лиц. Его величество Запойного Читателя Жанра.
Это он голосует за МТА и несомую ими пургу рублём.
Это для него регулярное чтение очередного, всё равно чьего, главное чтобы нового, романа - такая же ритуальная потребность, как ежедневная банка пива.
Это он с возмущением отвергнет идею посидеть на голодном читательском пайке, чтобы раз в месяц попировать в ресторане.
Это он в массе своей разучился перечитывать.
И научился не краснея игнорировать все иные жанры (кроме одного раз навсегда выбранного из развлекательных), всю классику и вообще весь пласт мировой литературы глубже 30-50 лет назад. Хотя именно на этой глубине начинается сплошная благодать и удовольствие - тексты, отфильтрованные временем, с дивной патиной, аурой, флёром и треном. Но я не буду отвлекаться на хорошее, я ещё не закончила с ЗЧЖ.
Это он желает во что бы то ни стало получить и употребить внутрь по 100-150 (!!!) новых книг в год и ради количества согласен не то что понизить планку качества текста, а безвозвратно похоронить оную планку за плинтусом. (100-150 достойных прочтения художественных текстов в год не способны породить не то что отечественные представители одного жанра, например фантасты, а и всё человечество в целом. Не говоря уж о том, что даже достойный текст полюбится далеко не всякому читателю.)

Нет, я даже не буду упоминать о тех потребителях бумаги, которым нужны только книги-аттракционы и книги-вибраторы. Я о той части аудитории, которая способна с глубочайшим знанием дела рассуждать об непротиворечивых моделях гравилёта или бластера, но которой недостаёт трезвосмыслия и здравой злости для того, чтобы оценить и повлиять на модель книгоиздательского бизнеса, в кою они вовлечены как потребители.

Вот с нами такими и разбирайтесь, господа просто хорошие авторы и будущие классики. Вот к нам и все претензии. Вот нас и благодарите стыдите воспитывайте (другое?). Да хоть качучу перед нами пропляшите, но только не надо молчать о главной проблеме и делать вид, что чем больше покупает и потребляет читатель, тем бравурнее литературный процесс.

Это "мы" совершенно искренне. Я не ЗЧЖ в чистом виде, но во мне, увы, есть многие его черты. Так что в том, что происходит в жанре и шире, имеется толика и моей вины.

И я ни в коем случае не согласна, как это принято в рассуждениях на данную тему, переводить все стрелки или хоть часть стрелок на издателей. С какой стати среди издателей должен быть повышенный процент идеалистов? Спрос рождает предложение, и "спрос" в данном предложении - подлежащее. Это любимому писателю дано выжигать по сердцу своего читателя глаголом и выпиливать лобзиком. А издатель для читателя - абстрактная малоприятная фигура, которая скверно оформляет книги, тянет с выпуском очередного тома и заламывает несусветные цены за новинки. Можно с нуля раскрутить "Школу в Кармартене" или "Золотую свирель" (я сознательно пользуюсь уже названными в других местах примерами) не хуже, чем "Эрагон" или "Гарри Поттера". Но рекламная кампания для "Школы" или "Свирели" должна быть намного более грамотной и, увы, дорогой. Даже если появится некий фантастический во всех смыслах издательский деятель и отмочит нечто подобное - это безусловно улучшит его карму, но никак не аукнется ему ни всенародной любовью, ни повышенной прибылью. Оно ему надо?

На этом месте мой обличительный пафос несколько поиссяк и поутих, и я засомневалась, - мне ли, читателю рядовому необученному, мне ли, графоману латентному, по капле из себя свежевыжатому, вместно замахиваться на литературных мистагогов и иерофантов? И чтобы подбодрить мой пафос, я перетащила сюда приведённую Ольгой Чигиринской цитату из 100% МТА (семинары-рецензии-награды имеются; напомню, вторая буква в аббревиатуре расшифровывается как "талантливый").

"Кристоф хотел пойти с ним. Собирался. И если бы "не было ее", пошел бы точно. Но Флора прикатила на своем ядовито-красном "ягуаре", вошла в холл особняка стремительным шагом, слегка стесненным длинной узкой юбкой, окатила всех присутствующих ароматом пятой "Шанели". И на лице ученика появилось непередаваемое выражение тщательно скрываемой влюбленной дурости.
- Мэтр, вы уверены, что вас не нужно сопровождать?
- Уверен. Можешь идти. Она не будет ждать долго.
- Я могу отменить встречу.
- Не можешь. Она уже надела на тебя шлейку. Осталось пристегнуть поводок.
Кристоф улыбнулся. Похоже, его не пугала перспектива оказаться в роли преданной собачки прекрасной Даханавар. Он был готов принять свою участь до конца.
- Давай, иди. Она ждет.
Флора стояла перед картиной Моне, рассматривая ее со спокойным интересом. Услышала шаги, повернулась, с улыбкой протянула руку для поцелуя".


Тьфух.

Видите? То-то и оно. Читайте меньше графомании, дорогие граждане. Покупайте меньше некачественного чтива, меньше ссужайте и сбагривайте его знакомым, меньше пишите о нём отрицательных рецензий в ЖЖ. И сразу наступит тут у нас небывалый литературный ренессанс. Шучу, конечно. В последнем предложении.
yu_le: (озадаченно или грустно)
Никакого мнения об ОЭ Камши не могу составить, пока не увижу последнего тома. И удивляюсь (без подколок, искренне), как другие умудряются анализировать, не имея на руках финала. По-моему, ОЭ из тех книг, где до последней страницы интрига — хороша вещь или плоха. Либо она великолепна в целом, либо — неровная чересполосица удачных отрывков и феерических косяков.

Да, ещё подозреваю, что с ней придётся знакомиться на бумаге. С электронной версией неадекват выходит.
yu_le: (орёл-летел-всё-выше-и-вперёд)
Возьмите хорошо сделанный фанфик. Ладно, для полноценного эксперимента — 10 образцовых фанфиков.
И выдерните подпорки. Отредактируйте все, буквально все отсылки к первоисточнику: реалии, имена, цитаты. Заметите следы, сделайте текст самодостаточным. Чур, менять, но ничего не дописывать: объём должен остаться прежним. Только не надо подставлять вместо Саурона Ураноса и вместо Гандальфа Фальданга, Рохан называть Нохрой и ателас переделывать в талеас. Честно впишите вместо Саурона — Ырваргарса, вместо Фродо — Грифи, вместо Заморья изобретите Тридевятигорье, «королевский лист» махните на «императорского жука» — в общем, подойдите к редактированию ответственно.
Повесьте на тот же СИ.
И посмотрите, сколько читателей будет у текста.
Наберите впечатляющие оценки, комментарии и статистику.
И только после разгромного положительного результата убеждайте меня, что это — полноценная литература.
yu_le: (Default)
ЖЖ - лучшее место для коротких рассказов. Тех, которые сейчас полный неформат, даже можно сказать - неликвид.

А в ЖЖ у каждого рассказчика типа [livejournal.com profile] bormor, [livejournal.com profile] leit, [livejournal.com profile] aruta, [livejournal.com profile] vetertann многосотенная благодарная аудитория.

Лишнее подтверждение тому, что с современной системой книгоиздания что-то сильно неладно.

И они даже потом издаются, да. В неестественно перевёрнутой последовательности: сначала набирают аудиторию, а потом, имея её за спиной, при её поддержке, заинтересованности и продвижении, приходят печататься. Тогда как изначальный смысл издательства был - свести автора с читателем.
yu_le: (Default)
Придумала вот фэнтези-название: Крылья слепых.

А следом придумала и способ издавать стихи. Для начала можно оформить их под серию фэнтези: то есть название, шрифт, цвета, обложка. В магазинах похуже ведь и не разберутся, поставят на одну полку с фэнтези.

Но это случай разовый, сработает только однажды. А вот способ второй, дальнейший, похитрее. Правильный поэтический сборник, горячий и животрепещущий, как мы видим по Серебряному веку, - это тоненькая книжонка, в которой 20-40 стихотворений. Следует его разобрать, после чего быстренько написать роман любого популярного жанра: женский, детектив или фантастику. Высокое качество текста необязательно, достаточно того проходного, которое берут в нынешних издательствах. Но стихи разбросать по тексту, поставить эпиграфами к главам, добавить приложением, по подобию Толкиена или Семёновой. Этот способ даже и не одноразовый, его можно повторять.

Вот Макс Фрай, расчётливо давая под себя мимикрировать, всячески продвигает любезных его сердцу авторов рассказов. А представьте теперь, что в окружении Донцовой кто-то пописывал бы неюбилейные стихи и ей бы нравилось. Тут ничего бы не стоило создать доморощенному поэту всероссийскую известность - Надсон пойдёт в курилку. Пара эпиграфов и эпизодов с героями, читающими друг другу отрывок из N, книга N в узнаваемом серийном оформлении и с надписью

ДАРЬЯ ДОНЦОВА
представляет...

...с её же предисловием или рассказиком в соавторстве... И готово дело, поэт состоялся и будет записан в историю русской постсоветской литературы.

Но этого не происходит. Понятно почему: издательство не заинтересовано ни в каком поэте, любой поэтический сборник - издательский висяк. А Донцова со стихами не соприкасается, ей бы product placement. Вполне возможно, любит какую-нибудь Ахматову или Бродского. Но современников не знает и не хочет знать. И солидарна в этом с большинство, и большинство по большому счёту право.

В фантастике частенько занимаются таким продвижением, но по отношению к любимым музыкальным группам. Лукьяненко или Иар Эльтеррус... по дневнику Перумова на diary.ru было видно, что он написал целый эпизод с участием "Мельницы" и Хелависы (!) в своих мирах, но в окончательный текст его всё же не ввёл. (Это лишний раз показывает, насколько фантастика в среднем низкопробная литература, создающаяся на инстинктах и играющая на них; а также то, насколько сплочён фэндом.) Со стихами никто и ничто не мешает делать то же самое. Кроме одного маленького препятствия: стихов живых нынче никто не читает. Их читают кому-то - есть такое. Но аудитория не слышит.

Поэтических заповедников есть множество, внутри обсуждают, публикуют, покупают и даже зазубривают наизусть, но все эти анклавы микроскопические и глухо герметичные.

По аналогии с Сартром, хочется написать роман "Глухота". Как музыка случайно убила слово и упала на его труп,  и картину "Рождение Дуная" Константина Васильева на обложку. Или там имело место японское двойное самоубийство влюблённых? В общем, потребуется расследование, получится детектив.

Современная поэзия во всей своей полноте оставляет меня равнодушной, и последний раз современный сборник стихов я открывала в магазине лет пять назад. К моим услугам всегда море прекрасной классики, русской и переводной, если мало - можно добавить английскую, той не хватит - немецкую. Когда мне хочется услышать стихи живых - всегда есть кто-нибудь знакомый, пишущий стихи, и есть интернет, наполненный стихами не меньше, чем порнографией. Частично потребность в стихах покрывается слушанием хороших песен. К тому же половина тех, кто интересуется поэзией, и сами пишут, а это тоже род чтения.

Так я сейчас гоню и притесняю своим невниманием какого-нибудь нашего гениального современника, какого-нибудь безвестного Гомера.

Поэзия превратилась в маргинальное, вытесненное, презираемое искусство. Но она и сама виновата: нечего было опускаться и вырождаться до стихов о пролитом молоке. Дело прочно, когда под ним струится кровь.
yu_le: (Default)
Именно чтение с наладонника отучило меня от привычки дочитывать. Раньше, заполучив бумажный экземпляр, я никогда не откладывала его не закончив, разве что то была специальная литература, оказавшаяся ненужной или переусложнённой. Инерция чтения бумажной книги очень велика. Книга либо куплена, либо взята в библиотеке, единственная из сотни возможных, и само её наличие в руках читателя отменяет свободу обращения с ней. Бумажная книга — ценная вещь, чужой труд, достойный безусловного уважения. Сколько раз слышано: «Выбросить книгу? Никогда! У меня рука не поднимается». Бумажная книга — добыча, вяжущая охотника по рукам и ногам.

Электронная книга предоставляет возможность двухэтапного выбора. Первичный заканчивается решением загрузить её в наладонник, вторичный происходит при начале чтения, на первых десятках страниц. Отношение к электронной копии намного более лёгкое, она не обязывает к прочтению, эфемерность её существования позволяет недрогнувшей рукой стирать её из компьютерной и собственной памяти, пусть даже она и была куплена. (Ведь никого не останавливают те соображения, что за всякий добытый из интернета файл мы заплатили провайдеру.) К тому же опытный читатель, пополняя запас дорожного или вечернего чтения, не ограничивается одной книгой, а загружает блок из 5 и больше, насколько позволит техника. Это даёт ему возможность, разочаровавшись в одной книге, сразу переходить к следующей, а не дочитывать первую потому только, что при себе или в доме больше ничего нет. Чтение с наладонника помогает взрослеющему читателю преодолеть определённый барьер, обзавестись критичностью, перестать относиться к любому кодексу как к сакральному предмету только потому, что порой кодекс действительно сакрален. Получивший этот опыт с электронной книгой распространит его уже и на бумажные экземпляры.

Однако на дальнем краю поля читателя уже подстерегает новейшая — электронная — ловушка. И чем больше развивается техника, чем шире доступ и разнообразнее выбор, тем больше опасность в эту ловушку угодить. Ловушка эта — подмена, вытеснение чтения собирательством и охотой. Например, легко представить себе обладателя мобильного интернета, который проведёт полчаса-час в дороге на сайте электронной библиотеки, рассматривая аннотации и рецензии, возможно, сохраняя на свой компьютер понравившиеся книги на будущее, а возможно, и отвергая одну кандидатуру за другой. Ведь в описываемой ловушке уже барахтается множество коллекционеров аудио- и видеопродукции в электронных копиях. Для того чтобы туда же начали сползать и срываться читатели, достаточно чуть поколебать нынешнее статус кво: например, ужесточить борьбу с «пиратством» или утяжелить формат.
yu_le: (орёл-летел-всё-выше-и-вперёд)
Вот я, читатель с разбором, вижу дифирамбы книге, хвалебную рецензию. Судя по рецензии — не по накалу похвал, а по тональности их — книга мне понравится. Мои действия? Да никаких. Не покупать, не искать, не запоминать. Мои рассуждения? Если эта книга так хороша, как меня уверяют, я обязательно о ней ещё услышу.

P.S. Это была «Звёздная пыль» Нила Геймана, свежеизданная «Астом». Не для себя заметка — сказано же было не запоминать, — а для читателя, примера ради.

Это работает; так, я уже неоднократно встречала в самом положительном контексте упоминания о «Золоте бунта» Иванова. Вот тут уже пора действовать. Листать, заглатывать страницы, как устриц, переминаясь с ноги на ногу у лотка или у полки, — устаревший и неэффективный подход. Найти электронный текст — и в наладонник.

Понравился? В хранилище, замариновать.

Полезла в подпол, случайно заглянула в эту шкатулочку и не смогла оторваться, и вновь загрузила перечитывать? Да не однажды? Момент истины, вот теперь пора и вправду покупать книгу.

Последнее время я покупаю книги по простенькому критерию — только те, которые я дам читать своему ребёнку. Причём идёт и обратный процесс -из личного собрания изымаются книги, которые ребёнок не должен получить из рук родителей. Вот вырастет он, а вокруг него уже собрана библиотека. Он может начать с любой полки — все книги равноценные, селекционные, у каждой своя история, «все равны, все удалы, все умны» и любимы сердечно. К моменту, когда он их прочитает и начнёт выбирать уже сам, минимум миниморум сознательного подхода он себе наработает. Эта двухходовка вовсе не значит, что я буду жёстко руководить кругом его чтения, ведь так?

(Я очень наивная мать, я только смутно знаю, что всё пойдёт не по плану, но почему бы не потешиться составлением планов, пока до настоящих проблем далеко-предалеко и дитя мусолит нервущиеся бестекстовые книжки.)
yu_le: (от желудей)
Новое имя в российской фэнтези, восходящая звезда... встречайте! Под катом длинно, желчно, ворчливо. )
yu_le: (небо)
Отголосок баталий вокруг сетевых библиотек. Какие имена! Пехов, Зыков... Геворкян! Флаг вам во все конечности, гг. авторы. Резвее боритесь за свои священные копирайты, больше рвения, больше пыла, я всем сердцем желаю вам победы. И когда электронные библиотеки будут разорены, как скриптории после татаро-монгольского визита, и ваши тексты навсегда исчезнут из свободного доступа, я полюбуюсь картиной разгрома и пойду читать Пушкина. Ага, я снова возьму в руки книгу - да вот только не вашу. Хотя могу и электронный текст в наладонник загнать - но это будет тоже Пушкин, а никакой не пехозыкогеворкян. Потому что на нынешнем этапе никто не потребует от Мошкова убирать из сети Пушкина. Так что тоскующий халявщик пойдёт, болезный, при отсутствии выбора перечитывать "Повести Белкина"... Сама я не тоскующий халявщик, но в случае чего классики мне хватит до конца дней моих, а сомнительные новинки литературы - да видала я их в чёрном ящике в белой обувке!

(В сторону: Пушкин здесь собирательное и нарицательное. Это тот поговорочный "Пушкин, что ли?", который в народном представлении и в магазин сбегает, и кран починит. Лицо, отвечающее за русскую литературу. Настоящего Пушкина, несобирательного, я не люблю. Ну, и Мошков тоже собирательный и нарицательный.)

В общем, запретите вы уже эти соблазнительные сетевые библиотеки, запретите их! Это очень улучшит вкус читателя.

Но кстати о носителях - удивительно и странно, что книги так отстаивают. То есть к самим издательствам у меня вопросов нет. Но куда смотрят корпорации монстров корпорации-монстры, занятые производством хайтековских игрушек? Вместо того, чтобы вести наступление на книгоиздателей, эти железные гиганты кротко устранились из целой огромной области и сосредоточились на звуке и изображении. Нет чтобы агрессивно ворваться на книжный рынок и вытеснить бумажные книги новыми носителями, а те - ещё более новыми, а через два года - очередными новейшими. Чтобы каждые 5-10 лет пользователю приходилось приобретать всё тот же любимый текст в новой обёртке, ибо предыдущая устарела, вышла из строя или не поддерживается современными читающими устройствами. В звуке и видео процесс уже отлажен, от виниловых пластинок мы переметнулись к карточкам расширения памяти, а сколько всего было между, а сколько ещё впереди.

Нет, конечно, была электронная книга-планшет и книга-папка, сейчас подступает электронная бумага, но масштабы их распространения какие-то жалкие. Нет, конечно, чтение с наладонников и телефонов распространяется стремительным домкратом, но это же побочное явление, от которого никто не получает отчислений. За что книгам такая немилость? В них не видят опасности - или наоборот, считают слишком опасным привлекать к ним внимание индустрии? Разве читатель по сравнению со зрителем или слушателем излишне консервативен? Или читателей в разы меньше? Ни то, ни другое, ни третье. Но почему тогда? И вот результат недосмотра: у нас в семье лет 20 назад появился трёхтомник Пушкина, не полное, но исчерпывающее собрание сочинений. И с тех пор мы никакого Пушкина не закупали. Нашему семейному экземпляру "Войны и мира" вообще лет 50, бумага у него уже чуточку рыжая и конопатая. А ведь мы могли бы заново приобретать весь свой набитый классикой шкаф раз в 10 лет. Недополученная с нас прибыль прямо-таки вопиет к небу.

September 2013

S M T W T F S
1234567
8910111213 14
15161718192021
22232425262728
2930     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 04:46 pm
Powered by Dreamwidth Studios